Том 113 № 2 (2026): Мәдени мұра №2 (113) 2026

Каменные изваяния занимают особое место в музейных коллекциях как
уникальные артефакты, отражающие художественные, духовные и социальные аспекты
различных эпох. Эти реликвии охватывают несколько исторических периодов, отражая
культурно-исторические процессы от раннего железного века до этнографического
периода. В музейной среде они одновременно служат объектами научных исследований
и средством визуальной коммуникации с широкой аудиторией. Эта двойственная
функция позволяет комплексно использовать традиционные методы и современные
подходы с целью введения каменных изваяний в научный оборот, обеспечения их
сохранности и презентации в экспозиционном пространстве.
В связи с этим в статье каменные изваяния, хранящиеся в фондах музеев Казахстана,
рассматриваются как особая группа музейных предметов, а также анализируются
ключевые вопросы их научного изучения и экспонирования. Рассматриваются
проблемы атрибуции и датировки, методы документирования, типологического и
иконографического анализа, а также условия сохранности каменных памятников
как in situ, так и в музеях. Особое внимание уделяется возможностям применения
современных технологий для обеспечения долгосрочного сохранения и презентации изваяний посетителям. Кроме того, рассматриваются предпосылки поэтапного
комплектования памятников этой группы в музеях, анализируются фонды музеев
Казахстана, обладающих коллекциями каменных изваяний, и связанные с ними научные
публикации. Проводится обзор библиографии по каменным изваяниям, найденным в
стране и хранящимся в музейных коллекциях. Особое внимание уделяется вопросам
экспозиционной интерпретации.

Статья посвящена анализу визуальных стратегий Национального
музея Республики Казахстан в контексте формирования национальной идентичности.
В условиях цифровой трансформации культуры музеи рассматриваются
не только как институт сохранения культурного наследия, но и как культурное
пространство, где значимое место занимают визуальные стратегии, играющие
существенную роль в вопросах репрезентации национальной идентичности.
Цель исследования – выявление и типологизация визуальных стратегий музея
и определение их роли в формировании представлений о государственности,
исторической преемственности и культурной идентичности. Методологический
инструментарий включает визуально-аналитический, семиотический и
нарративный анализ, а также элементы визуальной антропологии, что позволило
рассмотреть музей как систему визуальных кодов и исторических смыслов.
Теоретическую основу работы составляют концепции «мест памяти»,
«воображаемых сообществ» и «выставочного комплекса». В результате исследования
выделены архитектурно-пространственная стратегия, стратегия визуальной
сакрализации древности, этнокультурной репрезентации, визуализации
государственности, коллективной памяти и цифровой репрезентации. Показано,
что их совокупность формирует целостную модель национальной идентичности
музейными средствами, в которой прошлое интерпретируется как основание
современного национального государства.
Сделан вывод о том, что визуальные практики музея выступают инструментом
реализации политики памяти и способствуют укреплению национального
самосознания. Результаты исследования могут быть полезны специалистам в
области музеологии, визуальной антропологии, культурной политики, археологии
и этнологии.

Статья посвящена теоретическим и практическим аспектам музеефикации, консервации и цифровой репрезентации Золотого человека (Алтын
адам) – уникального археологического комплекса сакской культуры, обнаруженного
в Иссыкском кургане в 1970 году. Рассматривается место данного памятника в
системе национального культурного наследия Казахстана и его роль в формировании
исторической памяти, символической политики и национальной идентичности. На
основе междисциплинарного подхода анализируются основные этапы изучения и
экспонирования Золотого человека, а также существующие реконструкции, выполненные
К. Акишевым, А. Акишевым,
А. Танабаевым и К. Алтынбековым. Особое внимание уделяется методологическим
проблемам реконструкции внешнего облика и интерпретации историко-культурного
статуса памятника в контексте современных музейных практик и цифровой
гуманитаристики. Исследуются вопросы научной достоверности визуальных
реконструкций, критерии их верификации и влияние цифровых технологий на
процессы сохранения, трансляции и популяризации археологического наследия.
Обосновывается необходимость выработки единых научных принципов консервации,
реконструкции и цифровой репрезентации Золотого человека, основанных на
международных стандартах сохранения культурного наследия. Сделан вывод о том, что
создание научно обоснованной модели интерпретации памятника является важным
условием предотвращения псевдонаучных реконструкций, сохранения исторической
аутентичности объекта и повышения эффективности его музейной и общественной
коммуникации в национальном и международном культурном пространстве.

Статья посвящена анализу репрезентации образцов материальной
культуры традиционного кочевого быта казахов в музейном пространстве. В качестве
объекта исследования рассматривается один из традиционных бытовых предметов,
широко использовавшихся в кочевом образе жизни, а процесс его трансформации от
утилитарного средства повседневного быта к музейному экспонату анализируется в
рамках концепции «инструмент – экспонат». Цель исследования заключается в выявлении
материальных, функциональных и семантических аспектов традиционного предмета и
в его музеологическом осмыслении в экспозиционном контексте. Методологическую
основу составляют теория культурной биографии вещей, анализ музейной экспозиции
и сравнительно-типологический подход. В качестве исследовательского материала
использованы образцы из фондов Национального центрального музея Республики
Казахстан, а также аналогичные предметы из музеев Узбекистана и России. Результаты
исследования показывают, что данный предмет, применявшийся в кочевом быту,
выполнял не только практическую функцию, но представлял собой сложный
этнографический объект, обладающий эстетическим, социальным и символическим
значением. Установлено также, что при утрате первоначального функционального
контекста в музейных экспозициях культурное содержание и смысловые слои предмета
раскрываются неполно. В заключение обосновывается значимость представления
традиционных бытовых предметов в музейном пространстве в их функциональной,
культурной и семантической целостности. В статье кесеқап рассматривается как
материальное воплощение адаптационного опыта кочевого быта, сформированного в
условиях ярмарочной торговли, а также как объект музейной репрезентации.

В статье рассматриваются некоторые методы естественно-научных дисциплин, применяемые в исследовании памятников палеолита Казахстана. Анализируется значение междисциплинарного подхода в изучении древнейшей истории человечества. Особое внимание уделяется методам геологии, геоморфологии, палеонтологии, радиометрического датирования, трасологии и палеоэкологии, позволяющим уточнить возраст археологических объектов, особенности природной среды и хозяйственной деятельности древнего человека. Показана роль естественно-научных исследований в реконструкции процессов заселения территории Казахстана в эпоху палеолита. Отмечается, что комплексное применение современных аналитических методов способствует более глубокому пониманию культурных и технологических особенностей древних обществ, а также повышает достоверность археологических интерпретаций.

Дальнейшее развитие исследований в данной области связано с внедрением новых технологий дистанционного зондирования и лабораторных методов анализа. Особую значимость приобретает интеграция полевых и камеральных данных для создания более точных моделей древних природно-культурных комплексов. Перспективы дальнейших работ охватывают расширение географического охвата и уточнение хронологии памятников палеолита Казахстана. Результаты могут быть использованы при сравнительном анализе палеолитических индустрий Евразии и разработке новых научных подходов в археологической науке Казахстана мира и дальнейшее развитие научных исследований в регионе является приоритетным направлением современной археологии Казахстана.

В статье рассматриваются типологические особенности средневековых городов и поселений Келесского региона на основе археологических материалов и сравнительного анализа. Основное внимание уделено изучению структуры памятников, особенностей их расположения и оборонительных систем. В археологической науке классификация средневековых поселений имеет важное значение, поскольку позволяет определить уровень развития городской культуры и особенности исторических процессов региона.

В ходе исследования были использованы научные труды А.Д. Люблинской, В.М. Массона, Э.В. Ртвеладзе, Ю.А. Заднепровского, В.М. Ростовцева, Е.И. Агеевой, Г.И. Пацевича, К.А. Акишева, К.М. Байпакова, А.Н. Бернштама, П.Н. Кожемяко и М. Елеуова. Их исследования стали методологической основой для систематизации памятников Келесского региона. Указанные авторы классифицировали средневековые города и поселения по площади, внутренней структуре, расположению и функциональному назначению.

Особое внимание уделено трехчастной структуре городищ, включавшей цитадель, шахристан и рабад, а также состоянию крепостных стен и башен. Для сравнительного анализа были привлечены материалы археологических исследований Жетысу и Шу–Таласского региона. В результате исследования определены основные типологические признаки памятников Келесского региона и их роль в историко-культурном развитии и процессах средневековой урбанизации Южного Казахстана.

В статье представлены результаты изучения укрепленного
поселения-форпоста Жезды, расположенного на северных чинках Устюрта. На
основе материалов полевых работ, анализа керамического комплекса, планиграфии
и фортификационных особенностей уточнены культурно-хронологическая
характеристика памятника и его функциональное назначение. Установлено,
что наиболее интенсивный этап функционирования поселения относится к
раннесредневековому времени (вторая половина VII – первая половина IX в.).
Хорошо сложенные из материковой ракушечниковой плиты обводные стены,
стрелковые башни, предвратный лабиринт и внутренняя планировка помещений
свидетельствуют о принадлежности Жезды к этапу Джетыасар-III культуры
Джетыасар.
Отдельное внимание уделено стреловидным планировкам, выявленным в
окрестностях памятника. Сопоставление керамических материалов и датирующих
признаков свидетельствует об их синхронности с поселением и позволяет
рассматривать данные объекты в едином контексте освоения территории. Анализ
топографического положения памятника и системы фортификации показывает,
что Жезды занимало стратегически важное положение на северной периферии
распространения культуры Джетыасар и, вероятно, контролировало пути
передвижения через чинковые зоны Устюрта. На настоящий момент поселение
Жезды является наиболее северным памятником культуры Джетыасар и первым
выявленным и исследованным на территории Западного Казахстана.

Цель статьи – выявление закономерностей распределения
водообеспеченности Талас-Асинского региона как базовой причины возникновения
поселений и форпостов, через которые проходили караванные пути в III в. до н.
э. – XII в. н. э. Основное внимание в статье уделено анализу природных факторов,
влиявших на структуру водного баланса, который предопределил, в конечном
итоге, направление трасс следования караванов средневековья. Среди факторов
наиболее значимы климатические, орография верхнего течения Таласа, Асы
и более мелких рек, геологическое и гидрогеологическое строение среднего
течения и тектонический фактор в нижнем течении рек всего бассейна. Методом
определения древних караванных путей является идентификация цепочек
торткулей как главных форпостов освоения территории и связующих звеньев
между крупными поселениями. В основу идентификации положен комплекс
морфологических, морфометрических признаков известных торткулей, вместе с
характерными географическими критериями локации. Эта работа выполнялась
на подготовительном этапе с использованием системы Google Earth. При полевых
исследованиях проводились раскопки в пределах перспективных площадей. Тараз
являлся крупнейшим городским центром Талас-Асинского бассейна, в котором
сходились северное, восточное и южное направления караванных маршрутов. Из
историко-культурной области Испиджаб торговые караваны следовали к Таразу
вдоль русла реки Терис, либо через перевал Куюк. Отсюда трасса разветвлялась: один
маршрут уходил в восточном направлении вдоль северных склонов Киргизского
Алатау, другой – пролегал на север по долине реки Талас в сторону Бетпак-Дала.

В данной статье рассматриваются наскальные изображения разных
периодов хребта Большой Каратау являющегося северо-западным отрогом Тянь-
Шаня. Большой Каратау расположен на территории трех южных областей Казахстана
(Жамбылской, Туркестанской, Кызылординской). Целью исследования является
выявление связей между изобразительным искусством бронзового века и раннего
железного века. Для исследования проблем археологической контекстуализации были
применены стилистические, иконографические, сравнительно-исторические методы
и анализ семантики сюжетных линий. В статье анализируются семантика сюжетных
композиций и изображений наскальных рисунков Каратау, а также изменения в
стилистике сюжетных линий различных периодов. Формирование образов рассмотрено
на основе сравнения мировоззрений и религиозных верований древних жителей региона
с мифологическими текстами и этнографическими материалами из письменных
источников. Тема «близнецов» и «ритуальной битвы», часто встречающаяся в наскальных
рисунках, основана на теме «бесконечной борьбы» в мире, то есть на бинарных образах
дуалистической природы. Некоторые сюжеты, появившиеся и сформировавшиеся
в бронзовом веке, претерпели стилистические изменения в последующем раннем
железном веке и превратились в устойчивую сюжетную форму. Эта сюжетная форма
также позволяет определить ареал распространения некоторых изображений и
установить преемственность мировоззрения и материальной культуры между этими
периодами.

В статье представлены результаты археозоологического анализа остеологических материалов из казахской зимовки Тажегул-2. Целью исследования является выявление направлений хозяйственной деятельности населения на основе лабораторного изучения костных остатков животных. В исследовании применялись стандартные археозоологические методики, а также проведён палеопатологический анализ костей, позволивший оценить состояние здоровья животных. В ходе анализа установлено, что всего было выявлено 578 костей, из которых 494 экземпляра (86%) определены до уровня вида. Остеозоологический анализ показал присутствие всех основных видов домашних животных: мелкого рогатого скота (Ovis et Capra), крупного рогатого скота (Bos taurus), лошади (Equus caballus), верблюда (Camelus bactrianus) и осла (Equus asinus). Среди остатков дикой фауны зафиксированы краниологические элементы лисицы. В количественном отношении преобладают кости мелкого рогатого скота (39%), далее следуют кости крупного рогатого скота (33%) и лошади (26%); кости верблюда и осла представлены в незначительном количестве. Возрастной анализ показал, что основная часть мелкого рогатого скота забивалась в возрасте 1–2 лет, тогда как крупный рогатый скот использовался преимущественно в мясо-молочном направлении и забивался в возрасте 1,5–4 лет и старше. В целом возрастная структура характеризуется относительным преобладанием взрослых особей. Среди костяных изделий выявлен фрагмент конька, изготовленного из плюсневой кости лошади

Статья посвящена изучению аналитического потенциала цифровых трёхмерных моделей керамических сосудов эпохи бронзы как источника морфометрических данных. Материалом исследования послужили шесть сосудов синташтинско-петровской, алакульской и саргаринско-алексеевской культур из фондов Костанайского областного историко-краеведческого музея. Трёхмерные модели получены сканером структурированного подсвета EinScan-SP и обработаны в MeshLab. Морфометрический анализ включал верификацию точности цифровых измерений относительно натурных данных музейных паспортов, классификацию по индексу пропорциональности H/D_m и вычисление объёма V и площади поверхности S. Верификация показала, что отклонения не превышают 1,85% по всем линейным параметрам. Отклонение по D_m образца №1 в размере +3,03% отражает реальную геометрическую асимметрию тулова, подтверждённую анализом горизонтального сечения 3D-модели, и не является погрешностью измерения. Для образца №5 значение D_m, отсутствовавшее в музейной документации, восполнено на основе цифровой модели. Классификация по H/D_m в диапазоне 0,61–0,92 выявила типологические различия между культурными группами, которые сформулированы как гипотезы для последующих исследований на расширенных выборках. Вычисление V и S предоставило данные, недоступные при стандартной музейной документации. Результаты подтверждают аналитический потенциал 3D-моделей для морфометрического изучения керамических коллекций эпохи бронзы Казахстана.

В данной статье исследуется роль этнических групп, говорящих на кыпчакско-тюркских (куманских) языках, в предыстории венгерского народа. В IX веке венгерские, или оногурские, и кабарские племена отделились от Хазарского каганата. Они завоевали Карпатский бассейн, переселившись из региона Поволжья (Этелькёза), однако некоторая часть венгров осталась на этой территории (в Алании, Башкирии). Начиная с X века куманские и кыпчакские племена стали доминировать в Поволжье. В XIII веке регион вошел в состав Монгольской империи как Улус Джучи, что способствовало превращению куманско-кыпчакского языка в lingua franca – язык межэтнического общения. Восточные венгры ассимилировались среди этих кыпчакско-тюркских этнических групп. После распада западной части Монгольской империи (Улуса Джучи) ведущей силой в Поволжском регионе стала кочевая Ногайская Орда. Это привело к формированию таких современных этносов, как ногайцы, башкиры, тавлу (карачаевцы и балкарцы), кумыки и казанские татары (волжские булгары). Этническая история народов и фольклор (устная история) содержат много важных данных, которые помогают нам реконструировать предысторию венгерских племен в Поволжском регионе.

Сегодня среди населения растет интерес к традиционным
национальным украшениям кочевого казахского общества. Однако использование
украшений исключительно в декоративных целях и недостаточное знание содержательной
идеи изображенных на них орнаментов и форм является одной из актуальных проблем
исследовательской работы. Цель статьи – определить место и значение в казахской
цивилизации этнографических артефактов с символами, относящимися к небесному
миру, отраженными в ювелирных украшениях. В исследовании использовались
общенаучные и специальные методы, в том числе семиотические и интерпретативные.
Применение указанных методов позволило всесторонне раскрыть содержание
исследуемой темы.
В исследовательской работе рассматриваются космологические символы,
сакральные значения и функции в ювелирных изделиях XIX-XX веков, хранящихся
в Фонде Национального музея Республики Казахстан. Результаты исследования позволили рассматривать традиционные украшения не только как предмет
декоративно-прикладного искусства, но и как этнографическое наследие, имеющее
сложное сакральное значение, связанное с космологическими системами. Узоры и
формы в орнаментах свидетельствуют о том, что народ художественно передает связь
связь человека с природой и небесным миром, и сохраняется как духовная практика,
передаваемая из поколения в поколение.

Мақалада қазақ мақал-мәтелдеріндегі қасқырдың этномәдени семантикасы қарастырылады. Қасқыр бейнесі қазақ халқының дүниетанымында, мәдени жадында және құндылықтар жүйесінде маңызды орын алатын күрделі мәдени-когнитивтік код болып табылады. Зерттеудің мақсаты – қазақ мақал-мәтелдеріндегі қасқырдың семантикалық құрылымын анықтау және оның этномәдени мазмұнын ашу. Зерттеу материалы ретінде «Бабалар сөзі» жүзтомдығының мақал-мәтелдерге арналған томдарынан қасқыр, бөрі, абадан, бөлтірік және басқа да атауларға байланысты 120-дан астам паремиялық бірлік пайдаланылды. Зерттеуде сипаттамалық, семантикалық, этнолингвистикалық, салыстырмалы және жіктеу әдістері қолданылады. Талдау барысында қасқыр образына қатысты мақал-мәтелдердің қауіп пен жыртқыштық, зұлымдық пен қатыгездік, ашкөздік пен тойымсыздық, батырлық пен батылдық, еркіндік пен тәуекелділік, сондай-ақ бірлік, жолдастық және тектілік ұғымдарын бейнелейтін негізгі семантикалық топтары айқындалды. Сондай-ақ, «қасқыр» және «бөрі» атауларының қолданысында белгілі бір мағыналық жіктеу сақталғаны анықталды: «қасқыр» атауы көбінесе қауіп, жыртқыштық және зұлымдық семантикасымен байланысса, «бөрі» атауы күш, батылдық, еркіндік және тектілік ұғымдарымен сабақтасады. Зерттеу нәтижелері қасқыр образы қазақ дүниетанымындағы көпқабатты этномәдени модель және ұлттық құндылықтар жүйесін, мәдени жад пен дүниетанымдық ұстанымдарды бейнелейтін маңызды тілдік-мәдени кодтардың бірі екенін көрсетті

В статье рассматривается мифологическое и этнографическое содержание концепта «Жер-Су» (Йер-Су) в традиционном мировоззрении тюркских народов. На сегодняшний день изучение преемственности между архаичными верованиями и современной экологической этикой является важным вопросом с точки зрения выявления общего культурного кода тюркских народов. Целью исследования является комплексный анализ мифологических основ понятия «Жер-Су», его место в модели «трех миров» и сохранившихся практик поклонения у современных тюркских народов на основе взаимосвязи древнетюркских письменных памятников и этнографических данных. В ходе исследования были использованы методы историко-сравнительного анализа, герменевтический подход и метод этнографического описания. Проведен источниковедческий анализ трудов таких ученых, как А. Кононов, В. Бартольд, С. Абрамзон, А. Анохин, Ю. Худяков, а также К. Сарткожаулы, А. Толеубаев, С. Кондыбай. Доказано, что понятие «Жер-Су» является не просто ландшафтным названием, а священной субстанцией на уровне Тенгри и Умай, а также символом государственного суверенитета. Установлено, что общие для тюрков Центральной Азии  ритуалы, такие как «Жер-Су таюу», переплелись с исламскими пластами и сохранились в форме религиозного синкретизма. Результаты исследования подтверждают, что культ «Жер-Су» является фундаментом этнической идентичности и экологической культуры тюркских народов. Концепт «Жер-Су» как общий культ тюркских народов свидетельствует о единстве их духовных корней.

Цель статьи – рассмотреть возникновение, становление и отдельные
сложные страницы истории специальных средних и высших учебных заведений в
городе Кызылорде, который в 1925–1929 годах был столицей Казахстана, в контексте
общественно-политических и культурных процессов 20–30-х годов ХХ века. В ходе
исследования на основе анализа исторических документов и научной литературы
установлено, что в 20-е годы ХХ века в Кызылорде было открыто несколько техникумов,
которые до начала Второй мировой войны играли важную роль в подготовке
специалистов для экономики республики. Вместе с тем в статье рассматривается
переселение в Казахстан, а затем размещение в Кызылорде части корейского этноса из
Дальневосточного региона СССР, подвергшегося депортационной кампании как одного
из проявлений сталинского тоталитарного режима в отношении народов, признанных
«ненадежными для советской власти». В этой связи на конкретных материалах показано,
что в городе были организованы корейские школы и педагогический институт с
обучением на корейском языке, однако вскоре, по требованию большевистской власти,
он был закрыт и преобразован в высшее учебное заведение с обучением на казахском и
русском языках. Авторы, опираясь на новые исторические документы, впервые вводят в
научный оборот материалы, раскрывающие данный сложный этап истории образования
Кызылорды.

Адаптация этнических казахов-репатриантов (кандасов) в Казахстане к рынку труда привлекает все большее внимание ученых, однако региональных исследований по вопросам трудовой интеграции по-прежнему недостаточно. В этой статье исследуются стратегии адаптации репатриантов в регионе Жетысу к рынку труда на основе полуструктурированных интервью с кандасами, которые мигрировали из Китая, Монголии и Узбекистана. Тематический анализ качественных данных выявил три различные стратегии: предпринимательскую адаптацию, характеризующуюся самозанятостью, и создание малого бизнеса; профессиональная адаптация, определяемая трудоустройством по специальности; и вынужденная адаптация, предполагающая трудоустройство на низкоквалифицированную или неформальную работу, не связанную с квалификацией. Результаты адаптации зависят от уровня образования, владения языком, грамотности на кириллице, социальных сетей и страны происхождения. Репатрианты из Узбекистана легче всего адаптировались к формальной занятости благодаря общему советскому институциональному наследию и знанию русского языка, в то время как репатрианты из Китая сталкивались с самыми серьезными препятствиями из-за несовместимости письменности. Для всех групп родственные связи и связи с соотечественниками были основными каналами выхода на рынок труда. Предпринимательская стратегия стала наиболее распространенной реакцией, но не в качестве первого выбора, а как структурный результат языковых барьеров, непризнания документов и неадекватных условий официального трудоустройства.

В данной статье как основной объект исследования рассматриваются
дервиши как распространители ислама и носители суфийской культуры, а также их роль в жизнедеятельности местного населения. Наследие школы Ходжи Ахмеда Ясави
рассматривается как основа уникальной культурной и духовной идентичности города
Туркестан. Гипотеза работы заключается в том, что систематическая интеграция
наследия дервишей в современную индустрию туризма является главным механизмом
сохранения культурно-исторической уникальности региона. Этот феномен определил
духовный облик Туркестана и придал новый импульс направлению культурного
развития всего исламского мира. Дервиши играли более широкую роль, чем религиозные
проповедники, и стали носителями духовных ценностей общества.
Город Туркестан издавна считался духовным центром тюркского мира. Учение и
наследие великого суфийского наставника Ходжа Ахмеда Ясави оказали значительное
влияние на развитие религиозной мысли его последователей, а также на культурные и
духовные традиции. Дервиши не только распространяли исламское мировоззрение в
Туркестане, но и формировали собственные традиции духовной культуры. В результате
деятельности дервишей, придерживавшихся учения Ясави, в городе и его окрестностях
сформировались святыни, текке и традиция паломничества.
В статье рассматриваются научные данные о дервишах как ключевых исторических
персонажах Туркестана. Авторами анализируется их роль, определяется степень влияния
данного наследия на историю города и развитие современного культурно-религиозного
туризма. Указанные вопросы комплексно анализируются на основе методологических
принципов современной антропологии и культурной географии.

В данной статье представлена научная рецензия на фундаментальную монографию доктора исторических наук, профессора А.Т. Толеубаева «Раннесакская шиликтинская культура» (Алматы, 2018). Исследование посвящено комплексному изучению элитарных памятников Шиликтийской долины Восточно-Казахстанской области одного из наиболее значимых центров раннего железного века в евразийском пространстве. В книге анализируются результаты археологических раскопок, проводившихся с 2003 года, и на основе материалов из кургана Байгетобе (№1) могильника Шиликты-3, где был обнаружен третий «золотой человек», даётся новая научная оценка уровня социально-экономического, культурного и политического развития сакского общества. Монография впервые в отечественной археологии применяет широкий спектр мультидисциплинарных методов исследования, рассматривая хронологию, технологические достижения и этнокультурные связи ранней сакской культуры с принципиально новых позиций. В рецензии анализируются историографическое место монографии, её методологический подход, основные научные открытия и дискуссионные положения.